☻673☺

Материал из Вики САЙТ
Перейти к: навигация, поиск

Глава 7.


Нет, и повествование от лица некоего сотрудника спецслужб, проникшего в тайны человечества, меня не устраивает. Опять какие-то натяжки с сюжетом! Мне снова приходится скрывать свое лицо за очередной маской. А я так устал от этого! Обладая всеми благами мира, я никогда не мог ими пользоваться без оглядки, без страха привлечь к себе внимание. Я был не просто серым кардиналом. Всё вокруг меня было серым – серая жизнь, серые мысли, серое будущее. Что толку в долголетии, если оно проходит без радостей? Что толку в деньгах, если они – у такого, как я?

Я никогда не мог позволить себе эффекта! Господи, Ты – Свидетель: как мне хотелось выплеснуть это пламя! Но его мне приходилось цедить по капле. Это не совсем одиночество, люди-то меня окружают, я не в застенке. Это другое – невозможность поделиться сокровенным. Некому открыться. Читателя! Советчика! Врача! И я решился.

Пусть всё будет как будет. Я знаю, что мои собратья подвергнут меня обструкции и остракизму! Знаю, что меня проклянут, хотя никакого вреда никому я не причиню. То, что я делаю, безопасно для всех, но меня проклянут. Потому что я – решился. А они – нет. А им – так и влачить существование полубогов-получервей.

Как бы я хотел, чтобы нашелся такой неутомимый и неугомонный человек, который смог бы провести расследование, связать воедино все факты, вычислить все эти «магические предметы» и выйти на меня, эти предметы активно скупающего… Как бы я хотел найти ученого, который столкнувшись с неизвестным рукотворным объектом не стыдливо спрятал в долгий ящик свои сенсационные находки и прозрения, а предъявил их миру! Но нет. Никто на это не способен. Все боятся за свои теплые места. За свою профессиональную репутацию. Сенсации – удел бойких журналистов и нездоровых охотников за тайными знаниями, параллельными мирами, инопланетянами и прочей шелухой. Поэтому-то и тонут артефакты нашей цивилизации в потоке лжи. Поэтому-то они и воспринимаются, как очередная выдумка. А между тем, мы действительно распечатали новый мир. Мы и вправду стирали память. И мы на самом деле организовывали всё это в ужасной спешке. Поэтому количество вещей, оставшихся от нашей цивилизации, весьма велико. Попробуй – уничтожь всё в течение нескольких суток!

Люди выдумывают любые версии, лишь бы не была поколеблена их картина мира. Человечество предпочтет убедить себя в чем угодно, лишь бы не соприкоснуться с истиной. Как в том анекдоте про жену, которая говорит: «Кому ты больше веришь: мне, твоей любимой супруге, или своим лживым глазам?»

Тысячи отговорок. Тысячи способов оболванить самих себя. Поражаешься способности человечества не видеть очевидного! Взять хотя бы профессора Лоу, моего недавнего знакомца. Он ведь всё понял, факты, которые в его руках, буквально вопиют об истине. Но чем более необычными оказывались результаты его опытов, тем меньше у него было желания продолжать. А ведь доказательства были неопровержимыми! А ведь тайна была под рукой – только протяни и возьми! Но нет, он ограничился невнятной саморефлексией. Вот к чему он пришел, исследуя один из не уничтоженных вовремя лгмоанов (даю фрагмент):


Мы видим объём – поглощаем несколько измерений одним мысленным усилием. Так и эта книга. Каждая её страница находилась в своём измерении, поэтому ее можно было читать одновременно, одним усилием – сразу на каждой из страниц. Так образовывался сюжет, в котором смерть и рождение стали одновременными, а причинности не было вовсе, так как каждый сюжетный элемент (motif) мог свободно сцепляться с каждым. В книге была и тайна. Но какая, понять я не мог, сколько ни вчитывался в её центробежный шрифт… Однако тайна, несомненно, была – на неё указывали закладки, которых в книге оказалось больше, чем страниц.


В один прекрасный момент я понял, что никто ничего не скажет. Честно, я надеялся на встречу. Я думал, мы, оставшиеся осколки прежнего человечества, и наши дети, те, в кого мы вложили всё то лучшее, что смогли создать, я думал, что мы встретимся. Да, этот разговор, наверное, был бы болезненным для обеих сторон. Да, предвижу и обвинения в наш адрес. Но что это всё – в сравнении с той великой встречей, которую я так долго ждал. Которую я потом пытался приблизить. Но…

Но однажды я понял, что никакие наши артефакты не способны поколебать скепсис. Что даже явись с неба легион ангелов, люди выдумают очередную байку о коллективной галлюцинации, оптическом обмане, редком природном явлении или еще что-нибудь в этом роде. Мы – убежденные скептики не потому, что таков строй нашего сознания. А по малодушию. Потому, что так легче жить. Есть привычная трясина, в которой мы барахтаемся, и вылезать из нее мы не хотим. Чудеса нас только расстраивают.

И вот это всё обрушилось на меня, налегло. Всему есть предел. И в один непрекрасный момент ты отчаиваешься и не боишься уже никого и ничего. Когда ты оседлал какого-то резвого конька, проникся лихой бесшабашностью, на этой-то волне я и ввалился в кабинет одного человека, который был скорее чиновником, чем ученым. Даже скорее военным. Он занимался одним из направлений, связанных с космической программой. С порога я поставил его в тупик – я рассказал всё: и какой артефакт сегодня они исследуют в обстановке строжайшей секретности, и какие эффекты дает эта вещица. Он понимал, что это нечто, созданное за пределами известной ему цивилизации. И вот к нему явился представитель этой цивилизации. И что же он мне ответил? Мол, надо подумать, посовещаться со знающими людьми… Словом, ушел от диалога. После нашей встречи он тут же закрыл проект, заменил артефакт каким-то муляжом, а сам чудо-предмет уничтожил. По крайней мере, думал, что уничтожил. Поменял место жительства и взял себе охрану. Как будто она бы ему помогла, если бы я хотел снова к нему проникнуть! Но я не хотел. Я всё понял.

А вот аналитическая записка, которая легла на стол одного генерала. Лёгким росчерком пера этот товарищ уничтожил плоды почти двадцатилетних трудов одной исследовательской группы! К чести нашего генерала нужно сказать, что сам артефакт он всё же не ликвидировал, а отправил на «кладбище странных предметов», так можно назвать это хранилище, куда многое попадает, но откуда уже ничто не может выйти наружу.

Чтобы не быть голословным приведу и саму записку, и генеральскую резолюцию.


☻431☺